Елена ХАМЕНКО: «Так не бывает, чтобы просто человек ушел с любимой работы!»

У нее настолько теплые глаза, что, когда я ее только увидела, сразу захотела обнять. Есть такое свойство у очень небольшого количества людей - сразу становиться родными. Хотя ничего специально для этого они не делают. Им и не нужно. Это природа такая.

Родная, свойская, искренняя - это все о ней - Елене Леонидовне Хаменко - операторе линии конфетно-шоколадного цеха.

МЕЧТА ДЕТСТВА

– Я с детства мечтала быть кондитером. Конечно, уже сейчас тортики перестала выпекать, больше дрожжевое тесто готовлю и разную выпечку из него. У моей бабушки были золотые руки, мне всегда нравилась ее выпечка, и я говорила, что тоже стану кондитером. И после 10 класса поступала в техническое училище на Аэродромной, но не попала в группу кондитеров, пришлось пойти в группу хлебопекарей. И даже на картошке мы работали с хлебопекарной группой.

Потом освободилось место, это была первая группа карамельщиков, она так и называлась – «Первая группа КМ», и я перешла туда. После окончания училища мы все попали на «Коммунарку», это был 1982 год. И до сих пор на фабрике работают наши девочки: Брокоренко Галина (тогда была Сенкевич), Самусева Оксана (тогда Кохан), Лихторович Людмила, Крук Наталья, Богданович Галина, Иваненко Алла и ещё человек семь.

Сейчас, когда молодежь приходит на работу, мы стараемся их поддержать. А тогда людей мало работало на фабрике и, когда нас пришло почти 30 человек, старшее поколение людей, которым было за 60 и под 70 лет, испугалось. Они думали, что мы их заменим и не очень охотно нас приняли. Когда мы только пришли в карамельный цех, там работали только 2 человека из молодежи – Лена и Аня и пара ребят, которые были наладчиками. Остальные все уже были в возрасте. Конечно, были и хорошие наставники у нас: например, Екатерина Терешко, она стала Заслуженным работником фабрики. Но все равно люди старшего поколения молодежь воспринимали с настороженностью.

Сначала, действительно, было очень тяжело, потому что мы работали в карамельном цехе в спецовках. Карамельная масса горячая – больше 180 градусов, все это перетягивали на руках, делали «Рачки», «Раковые шейки», халвичные конфеты. И до сих пор у меня руки привыкли к горячему: могу снять кастрюлю с плиты, какой-то горячий продукт взять, он руки не обжигает.

КОЛЛЕКТИВ ФАБРИКИ

– Когда мы только пришли в коллектив, начальником цеха была Евгения Федоровна Павлова, потом она стала ведущим инженером-технологом.

Карамельный цех в то время за одну смену делал 25 тонн продукции, и вся она была востребована. Ставили нас на разные процессы. Конечно, мы старались всегда работать хорошо, молодым интересны какие-то новации. В то время внедрялись первые технологии на предприятии. Мы старались более сложные процессы осилить, так я перешла на вакуум-аппарат. Потом поставили первый электронный считок, чтобы можно было вакуум-аппаратом управлять с него. Первая, кто его освоила, была я.

ГОРЯЩАЯ ПУТЕВКА В САНАТОРИЙ «НАРОЧАНКА»

– Нас привели на фабрику работать, и мы должны были отбыть отпуск, отработать сначала на ремонте. А перед этим нас отправили в колхоз на сельхозработы. Мы работали честно. Я вообще всю жизнь ненавижу вранье! Мы работали честно, и, когда от нас потребовали что-то сделать дополнительно, мы сделали. Но потом нам сказали сделать еще что-то, тогда мы сказали: «Извините, это уже не наше!».

И тогда объявили, что мы сорвали работу в колхозе! (Смеется). И меня оставили вместо отпуска на ремонт. Но мы были молодые, нам все равно все было интересно. Наша Евгения Федоровна пожалела нас, пришла через неделю и говорит:

– Так, две красавицы, есть горящие путевки в санаторий «Нарочанка» – быстро езжайте, чтобы я вас не видела!

А тогда конфеты в дефиците были. Работники иногда приходили и выписывали товар на магазины – «Лакомку» или «Ромашку». Можно было поехать в магазин и приобрести конфеты по великому блату.

Мы говорим:

– Как же мы поедем с пустыми руками?

А она говорит:

– Езжайте в «Лакомку», вам оставлены конфеты, путевки ждут в профкоме. Езжайте, отдыхайте – молодые не должны так работать!

Мне всю жизнь везло с начальниками цехов. Да и вообще с руководством. Директор у нас тогда Виктор Дмитриевич Маринич был – всегда такой добродушный, придет, поздоровается, спросит:

– Как дела? Что нового?

В карамельном цехе я проработала почти 20 лет, потом уже открывался 2-й конфетный.

ВО ВТОРОМ КОНФЕТНОМ

– У нас сначала поставили линию по производству грильяжа и маленькую вафельную, а потом привезли новую, она называлась «Золотая линия».

«Белорусскую картошку» и «Трюфели» делали в 3-ем цехе и делали очень мало. Когда привезли эту линию, Ольга Владимировна Гурина пригласила меня:

– Приди, посмотри – сможешь работать или нет.

А я вообще всегда любила что-то интересное, чтобы не засиживаться на одном месте. Пришла на эту линию, получилось освоить ее, мы работали сначала в одну, а потом уже и в две смены. «Белорусскую картошку» и «Трюфель» стали делать сначала по 200–300 кг, а потом уже и до тонны доходило.

Потом, когда мы отработали примерно год после того, как пришли на работу, нам предложили общежитие. Там и замуж выходили, и детей рожали. (Смеется). И с мужьями знакомились тоже. Друг другу помогали. Когда на танцы ездили, брали с собой пропуск и косынку накрахмаленную.

Это сейчас у нас спецодежда такая, а раньше халат на неделю в лучшем случае выдавался. Но мы все хотели быть красивыми, молодые были. Когда уезжали на дискотеку, с собой брали пропуск и косынку накрахмаленную, чтобы прийти на работу завтра красивой! (Смеется).

МУЖ

– Вообще мужа я встретила, когда мне был годик. Мою маму отправили работать по распределению, она по специальности – преподаватель начальных классов. Попала в деревню в Дзержинском районе, там я родилась. А мама моего будущего мужа Владимира приезжала к свекрови своей. И вот моя бабушка и его бабушка общались между собой. Было ему 2 годика, а мне – год. И они встречались, сидели и с нами играли!

А потом я уже встретила мужа возле общежития, мы познакомились. Он с другом пришел, а мы с подружкой шли с работы. Они нас остановили, мы поговорили, посмеялись. Он спросил:

– А где Вы работаете?

Я сказала, что на фабрике. А «Коммунарка» всегда была на слуху!

Нам было весело и интересно на фабрике, потому что у нас был здесь клуб. Он располагался там, где сейчас расфасовка подарков. И мы там разные конкурсы организовывали, и концерты своими силами, и хор у нас был свой. Вообще мы вели такую активную жизнь, не засиживались на месте!

Он пригласит меня на свидание, а я говорю: «Извини, но у меня репетиция» или еще что-нибудь. (Смеется). Ну как-то так. Я всегда вела активный образ жизни. В принципе и сейчас стараюсь не отставать: и театры посещаю, и в бассейн хожу.

И вот 28 июня будет больше 36 лет как мы вместе! У нас одна дочка, она у меня пошла, можно сказать, по бабушкиным стопам, стала преподавателем. Но преподает не в школе, у нее детская хореографическая студия. Она выступала со своими детьми на фабрике, и внук мой здесь на сцене на скрипке играл. Он закончил 4-ый класс, выпускник начальной школы, а младшенький окончил только 1-ый!

МАШИНЫ

– Долгое время я работала на своей «Золотой ниве». Но вот однажды приехал технолог из Франции обучать нас работе на экструдере – машине по отливке куполообразных конфет с добавками: кокосом, вафельной крошкой и кунжутом.

Мой начальник Наталья Петровна машет:

– Лена, быстро иди сюда!

Я подхожу:

– Что случилось?

Она говорит:

– Это очень важный технолог, слушай его, он будет показывать, как задавать рецепт и что дальше делать.

Я говорю:

– Я даже не знаю. Давайте молодых кого!

Она машет руками:

– Нет-нет, ты изучай компьютер!

И давай мы запускать линию, а я – искать себе замену на прежнее место! У меня всегда очень дружные бригады были, я была бригадиром. Мы и сейчас с девочками – им по 70, по 75 лет – отмечаем юбилеи, встречаемся.

Я говорю:

– Замена у меня всегда есть!

Так я стала на экструдере работать. Вот там стали разрабатывать с технологами нашими под руководством Ларисы Анатольевны новые сорта. Поставили машину в цех, выглядело это так: одна машина и 20 метров конвейера. (Смеется).

НА ПЕНСИЮ ИЛИ В ДЕКРЕТНЫЙ?

– Я член профкома уже даже не могу вспомнить, сколько лет. Почему-то меня всегда избирают. На последних выборах я говорила:

– Перед пенсией меня не избирайте!

Мне ответили:

– Нет, мы тебя никуда не отпустим!

Я говорю:

– Меня Александр Григорьевич отправил в декретный!

(Смеется). Это отдельная история была!

Когда он в первый раз приехал на «Коммунарку», я тогда работала на экструдере, он подошел, поздоровался, спросил:

– Как дела?

Я говорю:

– Хорошо.

А второй раз Александр Григорьевич приехал накануне проведения пенсионной реформы. И я задала вопрос, как она будет проходить, потому что мне скоро на пенсию выходить. Президент не поверил, что я – пенсионерка, и говорит:

– Какое через год на пенсию? Срочно в декретный!

Посмотрел на Данченко и повторил:

– Ты понял? Оправить ее в декретный! Ты готов?

Виктор Дмитриевич говорит:

– Готов!

Я говорю:

– Ну только если Вы крестным будете! (Смеется).

Теперь многие на фабрике говорят:

– Отработала свой декретный?

Я отвечаю, что отработала честно! Вообще за время работы тут у меня было много интересных историй. Так что вот так и живем!

НОВАЦИИ
– Фабрика изменилась на 99 % – это точно! Потому что еще остались кое-где технологии, и делается все, как в старые времена. Хотя в целом, конечно, поменялось оборудование.

Когда стали запускать уже наш конфетно-шоколадный цех полностью, сначала поставили вафельную линию, потом сбивную «Zolix». А когда стали ставить могульную, то уже казалось, что разрушен цех и непонятно, что здесь будет. У нас была Наталья Петровна начальником цеха, а потом Михаил Борисович пришел.

Он говорит:

– Когда за ночь рушится стенка, понимаешь, что планируется сделать что-то очень глобальное!

И когда стали готовить к установке линию «холодный штамп», тоже стены некоторые рушили.

У меня спрашивают:

– Куда пойдешь?

Я говорю:

– Куда поставите, туда и пойду.

– Пойдешь на могуль оператором?

– Пойду.

Ну в принципе я и была оператором, только здесь все было другое. Таня Ярмош начала меня обучать работе на новой линии, я на это все посмотрела, пришла домой и расплакалась. Думаю: «Никогда в жизни я не освою эту линию!». Я вообще стараюсь ответственно к работе относиться. На утро пришла к Михаилу Борисовичу и говорю:

– Наверное, не освою я эту линию. Мне предложили тут на глазировку стать, пойду лучше туда.

Михаил Борисович ответил:

– Леонидовна, успокойся, все ты освоишь. Не переживай!

Ну так все и получилось. Сейчас я у них самый старый работник, сказала, что выйду на пенсию. Снова говорят:

– Мы тебя никуда не отпустим!

Но к нам сейчас в коллектив пришел молодой человек Олег Шутько, он настолько ответственно относится к работе, что я просто не видела таких!

Говорю:

– Ставьте его бригадиром!

Но он категорически отказался. Я говорю:

– Хорошо, я скоро уйду, будешь ты вместо меня.

Вообще коллектив хороший, все девочки молодцы! Мы дружные такие: собираемся, отмечаем все события вместе.

ПЕНСИЯ

– У меня за городом дочка, два внука, куры, собаки, овечки. Целое хозяйство и много земли! Когда мамы не стало в 2000-м году, отец остался один. Потом дочка вышла замуж. Мы с мужем решили, что уедем жить в деревню, пусть молодые живут в квартире. Уехали и как-то так привыкли, а потом дочка тоже решила перебраться к нам. Соседка продавала участок, и мы его купили.

Сейчас дочка строит себе дом, двое мальчиков у нее. Забора между нашими участками нет. И земли добавилось еще 20 соток! В этом году завели овец. Тоже целая история с ними!

ДОСКА ПОЧЕТА

– На Доску почета меня выдвигали не раз, но я всегда отказывалась. А так как я являюсь членом профкома, то у нас всегда в коллективе обсуждаются все награды и премии: меня приглашает начальник цеха, и мы вместе выбираем достойных людей.

Но в этом году Михаил Борисович сначала выдвинул меня на Доску почета и сообщил об этом руководству, а потом мы пришли на наше совместное цеховое заседание и начали обсуждать кандидатуры.

Я говорю:

– А кто у нас второй кандидат на Доску почета?

Михаил Борисович говорит:

– А я бумаги уже отправил! Я знал, что Вы откажетесь, поэтому сам отправил! (Смеется).

У меня очень много наград разных, дома камин заставлен ими. Это приятно, я очень люблю фабрику. Когда много приходит экскурсий, очень многие задают вопрос:

– Едите ли Вы конфеты?

А я им тоже задаю вопрос:

– А Вы, когда готовите дома, что-то вкусненькое, Вы едите?

– Да, конечно!

– Так и я ем конфеты! Мы делаем конфеты с душой. Понимаете, в каждую конфету вложена душа нашего работника, и, естественно, мы едим конфеты, мы их любим! А человек, который не любит конфеты, он просто не задерживается на фабрике.

ЛЮБИМАЯ ФАБРИКА

– Вы знаете, наверное, даже не самое главное, чтобы была хорошая зарплата. Нужно, чтобы был хороший коллектив и чтобы, действительно, человек полюбил свою работу!

На могульной линии у нас дружная команда: Мирзомагомедова Лена, Григорьева Агния, Кульбицкая Оксана, Адамович Светлана и бригада Лен: Лена Овчинникова на глазировке, Лена Скурат – бригадир, Лена Кохановская – помощник бригадира. Отдельно хочу сказать о моем начальнике смены Ольге Константиновне Хотенович: это человек, который всегда подскажет, как правильно поступить, найдет к каждому подход. И еще раз хочу отметить отличного специалиста Олега Шутько.

Вы знаете, когда я пришла на фабрику, зарплата была копеечная, и мы переживали вместе все годы перестройки, были сложные моменты. И те люди, которые полюбили «Коммунарку», остаются здесь на многие годы!

Даже сейчас приходят девочки после техникума, но задерживаются только те, кто полюбил фабрику. И не важно, они остаются рабочими или идут учиться дальше, но все равно возвращаются потом обратно.

Вот некоторые говорят:

– Надо искать другую работу.

Я смотрю на этого человека и говорю:

– А я знаю, что ты никогда не уйдешь с фабрики! Потому что ты любишь ее! Потому что так не бывает, чтобы просто человек ушел с любимой работы!